«Путём Преодоления»

Наталья Грищенко
ПУТЕМ ПРЕОДОЛЕНИЯ

В жизни мы прикасаемся ко многому
не задумываясь, пропускаем что-то
мимо себя, не замечая. Мы видим
чью-то боль, но не чувствуем ее. Мы
даже хотим ее понять, но не можем.
И только когда мы сталкиваемся с ней
близко, совсем близко, когда это проис-
ходит с нами, с нашими родными мы
вдруг остро, как оголенные провода,
начинаем чувствовать эту боль каждой
клеточкой своего тела, своим сердцем.
И вот только тогда мы понимаем,
что смысл всей жизни теперь: верить
и надеяться.

— Спокойной ночи, мама!

— Спокойной ночи, сынок!

… Тихо тикают часы на кухне, в руках у меня вышивание; вроде все спокойно, и я пытаюсь вспомнить, а когда она, эта ночь стала действительно спокойной для нас обоих.

Говорят, человеческая память избирательна. Что-то остается в ней навсегда, а какие-то моменты отступают на второй план, либо стираются навсегда. Мне кажется, те, кто так думает, ошибаются. Или моя память устроена так, что я слишком хорошо помню каждую минуту того теплого августовского дня 17 лет назад, потому что тот день перевернул всю мою жизнь.

В тот день родился мой сын, Захар. После рождения он не закричал, его быстро унесли в соседнюю комнату, где пытались хоть что-то сделать для него.

Я пыталась сосредоточиться на ситуации, которая произошла. По той сумашедшей суете, скоплению стольких врачей возле моего сына я поняла: что-то произошло, и что-то серьезное.

Я даже не знала, кто у меня родился, мне же не сказали, не до этого было. Мне казалось: прошло очень много времени прежде, чем я услышала стон. Стон, от которого похолодело сердце. Я помню, как бегом, босиком бежали в реанимацию врачи, чтобы быстрее подключить его к аппарату.

Спустя время ко мне подошел врач и сказал, что у меня родился сын весом 3850, что положение тяжелое и до утра, скорее всего, он не доживет, добавил он напоследок.

Что могла я почувствовать в тот момент? Холод, который пронизывал мою душу и сердце. Казалось, что оно остановилось. Я совершенно не ожидала такого разрешения своей беременности. Я помню, как я сильно захотела прижаться к своей маме и спросить её: «За что?» Я так хотела этого ребенка.

Я всю беременность «летала», так мне было хорошо.

Но я не плакала. Наверное уже в тот миг Бог знал, что мне выпадет слишком много, чобы плакать сейчас.

Ёще находясь в родильном зале я обратилась к Богу с просьбой: «Если он останется на всю жизнь инвалидом, забери его лучше сейчас, чтобы он не мучался всю жизнь. Но если я смогу „вытянуть“ его из болезни, то дай терпение и силы бороться».Я оставила всё на волю Господа.

Страницы 1 2 3 4 5